На поддержку малых городов нужно заработать

Почему табу на слово «агломерация» мешает развитию малых городов? Возможен ли единый лоббист интересов малых территорий? Необходима ли стране политика управляемого сжатия депрессивных территорий? На эти вопросы в интервью Экспертному совету по малым территориям ответил Алексей Елин, директор департамента планирования территориального развития Минэкономразвития.

Алексей Елин

Две правды

Ситуация с депрессивными малыми территориями крайне неоднозначная. По отношению к ним есть две правды: правда человека с его привязанностью к родному месту; и правда региона, у которого не всегда есть средства на то, чтобы содержать удаленную, умирающую территорию.

Если у города или села нет драйвера развития, если люди теряют перспективу, начинается угасание. Со стороны кажется, что население там еще не разбежалось только потому, что часть просто не имеет возможности уехать, а другая часть – патриоты места, прикипевшие к нему в силу многолетней привычки. Хоть ядерный взрыв случись – «патриот» будет остро переживать за то, что происходит, но не уедет. Отъезд для него – это предательство своей «малой родины».

Но когда человек не уезжает только потому, что не видит в другом месте будущего для себя и для своей семьи (не получил, например, качественного образования), он сохраняет со своим местом только механическую связь. У него нет ресурсов для того, чтобы закрепиться в другом городе, элементарно нет средств даже на переезд, он вынужден угасать вместе со своей территорией. Если не он, то его дети уедут отсюда.

Сегодня у регионов подчас нет физической возможности, чтобы предложить повсеместно одинаковый уровень услуг, обеспечить одинаковое качество жизни. Так, может, в данном случае эффективнее направить усилия по развитию на те территории, у которых есть потенциал? Безнадежная попытка осчастливить всех с точки зрения государства, даже региона, выглядит, как неэффективное использование средств, попытка «размазать» тонким слоем имеющиеся ресурсы.

Сжатие – тоже развитие?

И тут мы приходим к выводу о том, что разговор о пространственном развитии и формировании территориальной политики нужно начинать с создания диагностической карты. Это должен делать каждый регион самостоятельно, но при поддержке Федерации.

В диагностической карте можно предусмотреть как минимум 3 типа территорий. Территории первого типа сегодня выступают в роли доноров. Конечно же, надо поддерживать на них экономический рост. Второй тип – это территории с высоким потенциалом, где при должном уровне вложений будут получены прогнозируемые эффекты.

Но есть и территории третьего типа, за судьбу которых тревожно. Даже очень масштабные вложения в местную инфраструктуру таких территорий не приведут к росту экономики. Но там живут люди, бросить их на произвол судьбы нельзя. Причем стоит учитывать, что сегодня бюджет на развитие сжимается даже у городов-миллионников.

Поэтому на малоперспективных территориях целесообразно заниматься управляемым сжатием – политикой, которая позволяет максимально снизить социальные последствия затухания жизни в определенных местностях. Мы привыкли связывать развитие только с ростом, но рост не бывает повсеместным: если есть точки роста, значит, есть точки стагнации или упадка. Есть кейсы Воркуты с региональной программой сжатия, есть модель Норильска, где при поддержке бизнеса и региона идет переселение населения на «большую землю», они разные, и они показывают, что с этой проблемой можно и нужно работать. Вопрос этот стоит остро, мы поднимали его в «Стратегии пространственного развития» и прямо прописывали, что на депрессивных, а также кризисных территориях, продолжительное время теряющих население, должна проводиться реализация модели управляемого сжатия. При этом в ряде стран подобные программы реализуются на национальном уровне: в Германии, Польше, Великобритании.

Мы должны осознать, что проблему устойчивого социально-экономического угасания территорий и роста негативных настроений населения не решить в закрытом режиме с помощью разовых дотаций. Если мы просто будем давать деньги на поддержание предприятия, оно не станет конкурентоспособным. Однажды деньги закончатся, и нам все равно придется думать, что делать. Именно поэтому после проведения мониторинга пространственного развития мы должны выделить эти тревожные территории и предложить методологию проектирования их будущего. При этом развитие не обязательно должно быть ориентировано на номинальный рост, в развитии может быть и обратная фаза.

Агломерация: явление есть, а слова нет

У нас почти нет отдельных людей, выступающих в роли лоббистов малых территорий, но и лоббистов агломераций очень мало. А ведь большая часть наших миллионников в ближайшее время начнет терять население, а их вклад в экономический рост страны не соответствует имеющемуся потенциалу.

Разве такие города не нуждаются в лоббировании и поддержке? Они становятся центрами роста во всем мире, обеспечивают добавленную стоимость, именно в таких центрах создается новая экономика. Но сегодня мы видим, что слово «агломерация» превратилось в политический термин, и каждый кто говорит открыто о наличии проблем у этих территорий и необходимости их развития воспринимается как противник села и малых городов.

При этом мы забываем, что один из основных эффектов от развития агломераций – это включение в свой радиус малых городов, которые получают дополнительные возможности развития.

Альтернативы агломерационному развитию нет. Поэтому, чтобы решить проблему малых территорий, нужно решить в первую очередь, проблему агломераций.  Мы должны заработать на то, чтобы эффективно работать и поддерживать малые города, давать им взаймы. А быстрый эффект может дать только агломерация.

От отраслей к территориям

Безусловно, у малых территорий должен быть спикер, защитник. Должен быть человек, который содержательно, глубоко понимает специфику этого сегмента. Сегодня в федеральном уровне на роль такого лоббиста для сел претендует Минсельхоз, который выпустил «Программу развития сельских территорий». То есть, в первый раз в рамках госпрограммы отраслевое ведомство формально отошло от отраслевой принадлежности и перешло к территории. Это замечательно, и все этому рады. Однако по сути программа все же пока остаётся отраслевой, переход в территорию далеко не завершен. В нашем планировании отраслевой подход существенно доминирует над территориальным, хотя целостность человеческого проживания обеспечивается внутри единого пространства.

Нам нужна комплексная политика развития территорий, не только через сельское хозяйство. Она должна задействовать Минпромторг, Министерство культуры, Минпросвещения, другие ведомства. Нужно учитывать локальные центры влияния, минерально-сырьевые центры, особый акцент необходим на экономике культуры, малом и среднем предпринимательстве, воспитанию любви к малой родине, в том числе через усиление локальных брендов. Только всесторонний подход приведет к позитивным эффектам.

Малые территории очень разные – от советских моногородов до культурно-исторических центров – поэтому мне сложно представить одного единственного спикера, который мог бы их защищать. Возможно, таких фигур может быть несколько; не все из них, конечно, должны происходить из федерального центра.

Tags: