Сила сообществ

2018 год, объявленный в России годом волонтера, показал, что проблематика активных локальных сообществ приобретает государственное значение. Проекты, выполненные за счет встречного движения общественной инициативы, усилий власти и бизнеса, часто оказываются более эффективными, чем проекты, которые игроки реализуют поодиночке.

Яркий, но не единичный пример такого подхода – прошедший по всей стране фестиваль «Том Сойер фест», объединивший волонтеров вокруг восстановления исторической застройки. Фестиваль, проводившийся при грантовой и организационной поддержке государства и участии партнеров из бизнеса, позволил найти ресурс изменения городской среды в коллективной энергии активных граждан.

Но сообщества часто рассматриваются не как актив, а пассив – особенно когда речь идет о реальном согласовании девелоперских и иных крупных проектов в малых городах. Очевидно, что общественной коммуникации по теме возможностей локальных сообществ в настоящий момент недостаточно. Восполнить этот пробел была призвана дискуссия, организованная Экспертным советом по малым территориям. Представляем ее резюме.



Модератором дискуссии выступил Вячеслав Бахмин, эксперт в сфере благотворительности и развития гражданского общества. Стартовые доклады сделали доцент кафедры общего и стратегического менеджмента НИУ ВШЭ Гульнара Миннигалеева и генеральный директор компании «Процесс Консалтинг» Александр Кузьмин.

Резюме выступления Александра Кузьмина

Александр Кузьмин представил результаты исследования «Обзор международной практики оценки влияния инициатив в сфере культуры на развитие местных сообществ», выполненной по заказу «Фонда Тимченко». Доклад был посвящен теме определения экономических эффектов от культурных инициатив. Вывод – эффект не просто есть, но при правильно организованном процессе, выстраивается четкая цепочка создания стоимости: культура и искусство привлекают посетителей; культура привлекает новых постоянных жителей и бизнесы; культура привлекает инвестиции; креативная экономика улучшает конкурентоспособность городской среды.

Резюме выступления Гульнары Миннигалеевой

Доцент ВШЭ Гульнара Миннигалеева представила результаты работы: «Подходы к оценке эффекта от деятельности активных сообществ». Были поставлены вопросы: «Что такое активное сообщество? Как считать социальные выгоды?» Исследователь заострила внимание на проблеме измерения социальной эффективности. Отдельно были выделены следующие проблемы: сложность измерений в сообществах в их неоднородности; эффекты могут проявляться далеко не сразу, подходящие индикаторы не очевидны; эффекты могут быть произведены за счет синергии разных факторов; эффекты могут переходить за границы сообщества; конечные благополучатели могут оказаться вне фокуса наблюдения. Поэтому эффекты от деятельности активных сообществ можно измерить с помощью качественных методов. Критерий эффективности – достижение намеченных сообществами результатов.


Трек 1. Как выявить наличие сообществ в малых территориях?

Вопрос модератора: Что такое активное сообщество? Есть ли признаки «активного сообщества»? Видно ли это извне, или же только изнутри? Если извне, то какими инструментами это измеряется? Можно ли разбудить пассивное сообщество? Кто должен это делать? Прогрессоры, пришедшие извне, или же люди изнутри?

Тезис: «Активное сообщество» возникает как реакция на внешние вызовы и служит для их преодоления.

Дмитрий Ойнас (деловой клуб «Наследие и экономика»): Мы живем в эпоху «провокативных подходов». Сообщество по-настоящему проявляется, когда сталкивается с преградой или вызовом, и пытается его преодолеть. До этого момента оно как бы в полной степени сообществом не является, является группой по интересам. Шахматисты – не сообщество до тех пор, пока у них не возникнет необходимости совместно найти клуб, где они будут играть и проводить там определенное время.

Ксения Боксберг (мастерская «Делай вещь»): Активное сообщество формируется через совместное действие. Например, через разработку проектов развития территорий.

Тезис: основные механизмы идентификации сообществ связаны с их активностью на пути движения к поставленным целям, соответственно, анализируя активности, наличествующие в малом городе, можно получить и карту сообществ.

Андрей Максимов (Общественная палата РФ): Есть два инструмента. Первый — это приехать и попытаться кого-то собрать. Практика показывает, что активное сообщество одновременно отзывчиво. Второе — мы достигли того уровня цифровизации нашей жизни, при которой активность в сообществе есть, то их можно найти в интернете. И имея навык и некое чутье, когда глаз наметан, это делать просто.

Татьяна Гафар, (Государственная Третьяковская галерея): Сообщество узнается по делам. Те, кто что-то произвели, сделали, благоустроили, выявили проблему и привлекли к ней внимание. Это может быть в разной форме, но там, где есть сообщество, там есть и дела.

Александр Никулин (Центр аграрных исследований РАНХиГС): Мы должны уточнить: формальные или неформальные сообщества? Формальные — вы идете в локальные органы статистики и вам формально говорят сколько жителей, что есть. Если о реальных сообществах, если мы имеем в виду команды солидарности, жителей, которые отстаивают свои интересы, обустраивают свою территорию, то здесь есть несколько методик. Одна из методик — это методика определения «видных людей» в местных сообществах.


Трек 2. Как определить потенциал локального сообщества к осуществлению социальных изменений?

Тезис: Ресурсный подход (Asset-based development, ABCD) позволяет активировать ресурсы сообщества, решить локальные проблемы и привлечь внешние инвестиции.

Вячеслав Бахмин (независимый эксперт): В международной практике местные сообщества рассматриваются как привлекательные активы для внешних инвестиций. Сообщества начинают с того, что пытаются понять, какие у них есть собственные ресурсы. Они составляют карту ресурсов, учатся направлять их на решение своих проблем. Люди – это главный ресурс, но еще есть и учреждения, организации, например, больницы, школы. Появляются активные школы, библиотеки и музеи как центры местных сообществ, а вслед за ними приходят внешние инвестиции. Вот какой подход показывает, что сообщество живое и что там есть потенциал.


Справка. Развитие на основе ресурсного подхода (ABCD)

Asset based community development – подход к развитию, разработанный американскими исследователями Джоном Макнайтом и Джоном Кретцманном из Северо-Западного университета. Нацелен на то, чтобы добиться устойчивого развития сообществ за счет активации их внутренних ресурсов.

Принципы подхода ABCD
• У каждого есть способности: каждый человек в сообществе может внести свой вклад.
• Отношения создают сообщество: чтобы состоялось устойчивое развитие, люди должны поддерживать связи друг с другом.
• В центре – граждане: в процессе развития граждан следует рассматривать как акторов, а не реципиентов.
• Лидеры вовлекают других: развитие сообщества наиболее эффективно, когда оно опирается на широкую базу действий сообщества.
• Людям не все равно: откажитесь от ярлыка «апатия», внимательно слушая, что интересует людей.
• Слушайте: решения должны строиться на основе коммуникаций, в которых людей слышат.
• Спрашивайте: искать идеи – более устойчивая практика, чем давать решения.
• Организация изнутри: члены местного сообщества находятся под контролем самих себя.
• Институты служат сообществу: институциональные лидеры должны создать возможности для участия членов сообщества, а затем уйти в сторону.


Тезис: Активные местные сообщества позволяют находить альтернативные выходы из проблем, на решение которых ранее ресурсов не находилось.

Мария Морозова (Фонд Тимченко): Отличительная черта успешных, активных местных сообществ, в том, что они могут найти альтернативное решение. И мне кажется, что в этом заключается их сила. Они действуют за рамками двоичной системы: «Есть бюджет/нет бюджета, есть власть/есть проект, нет власти/нет проекта». Для них слово «нет» — это всего лишь стимул идти дальше. Как у программистов: «Если нет, то, что дальше?» Ты все равно дальше распутываешь ситуацию, и находятся альтернативные решения. В этом их сила.

Тезис: Сообщества способны устанавливать устойчивые партнерства с различными игроками, в том числе, с бизнесом. Они могут быть для этих игроков ресурсом и одновременно использовать их как ресурс.

Елена Коновалова (Фонд Тимченко): Пример социально-экономического эффекта деятельности местных сообществ – история возрождения производства в отдаленном городе Тулун Иркутской области. В СССР он славился стекольным производством. После 1990-х почти все мощности были остановлены. Казалось бы, люди должны уезжать, а город – умирать. Но нашлось активное сообщество молодежи, которое решило запустить проект по ревитализации производства в новом формате. Оно смогло как снежинка направить лучи к другим сообществам. Последние сведения – нашелся крупный инвестор, поскольку он услышал, что это история про стекло и там есть ресурсы (песок, вода, все что нужно). Ожидается, что в ближайшее время, он откроет производство.

Алексей Фирсов («Платформа»): Когда мы говорим о возможностях «активного сообщества» возникает несколько сценариев. Сценарий конфликта — вызывает эмоциональное сочувствие у наблюдателей, но в какой-то момент становится слишком токсичным, чтобы создавать коллаборации, и начинается отстранение, самоизоляция. Этот сценарий непродуктивный. Альтернативный сценарий — максимальное встраивание в структуры, контролирующие ситуацию. Здесь происходит «присваивание» деятельности сообщества этой крупной структурой. Начинается отстранение участников сообщества от процесса. Третий сценарий — это поза просителя, модель «донор-реципиент». Эта модель выдыхается по простой причине — структуры которые обладают ресурсами устают от ситуации, когда у них все время просят, а они должны давать, не имея ни KPI, ни понятия эффективности и так далее. Выходит, что единственный оправданный путь — это путь неких «партнерств», когда каждая из сторон может сформулировать для другой предложение, и это предложение может быть учтено в собственной стратегии этой стороны.

Тезис: Интенсивность взаимодействия сообщества является индикатором для оценки его социальной эффективности.

Дмитрий Лисицин («Платформа»): Существуют сообщества со значительным потенциалом и сообщества, потенциал которых ограничен. Критерий – интенсивность коммуникаций по поводу образа будущего. Образ будущего понимается в двух разрезах — это ожидаемый образ будущего – что произойдет завтра, планы. Второй — мечты, долгосрочное будущее. Люди видят себя в городе в будущем или не видят? Образ будущего и интенсивность взаимодействия могли бы быть индикаторами в рамках качественной оценки социальной эффективности.

Тезис: Потенциал локального сообщества к осуществлению изменений зависит не только от свойств самого сообщества, но и от характеристики среды, в которой оно действует.

Александр Никулин (Центр аграрных исследований РАНХиГС): Тут не может быть абстрактного ответа. Каждая территория уникальна и этот потенциал тоже может быть уникален и может быть направлен в местных условиях и времени. Потенциал каждого сообщества рассматривается отдельно, универсальных методик не существует.

Тезис: Сообщества могут активировать внутренние ресурсы территории и порождать самоподдерживающий рост.

Вячеслав Бахмин (независимый эксперт): Есть мнение, что местному сообществу под силу практически все, просто на это нужно больше времени. В самом начале у них очень мало ресурсов, но по мере твоего развития, ресурсы начинают появляться сами. Мы знаем, что фандрайзинг – это френдрайзинг, в процессе появляются друзья. То же самое с сообществом. Когда вас знают, у вас гораздо больше возможностей. В самом начале вы не могли построить мост или выстроить дорогу, у вас не было таких сил, но, заключив множество партнерств, вы приходите к выводу, что можете это сделать.


Выводы

На уровне сообществ лучше всего обоснованы экономические эффекты инициатив, направленные на развитие территории в целом. Международный опыт показывает, что развитие местного сообщества начинается с активизации внутренних ресурсов. Проведя учет и нарисовав карту собственных возможностей, сообщество получает возможность приступить к решению своих проблем, что в дальнейшем приводит к активации процесса социальных изменений. Развитие культуры в малом сообществе с активным участием местных акторов, не только создает дополнительные возможности для населения, но и увеличивает социальное и экономическое благосостояние сообщества. Технология развития сообществ на основе внутреннего ресурсного подхода (ABCD), хорошо зарекомендовавшая себя в международной практике, применима и к российским условиям, позволяя сочетать эффективную технологию развития местных сообществ с лучшим опытом социокультурных инициатив.

Список экспертов:

1. Вячеслав Бахмин – независимый эксперт;
2. Ксения Боксберг – образовательная программа «Управление территориальным развитием (УТРО)» на базе Московской архитектурной школы МАРШ и Президентской академии РАНХиГС, сооснователь и программный директор открытой мастерской «Делай вещь»;
3. Антонина Ватолкина – начальник управления образовательных и социальных программ МТПП;
4. Татьяна Гафар – начальник службы развития малых музеев Государственной Третьяковской галереи;
5. Марьяна Золина – руководитель программы фонда «Искусство, наука и спорт»;
6. Юлия Зубок – заведующая отделом социологии молодежи ИСПИ РАН;
7. Елена Коновалова – руководитель программного направления «Культура» Благотворительного фонда Елены и Геннадия Тимченко;
8. Алексей Кузьмин – генеральный директор компании «Процесс Консалтинг»;
9. Владислав Кунин – архитектор;
10. Дмитрий Лисицин – сопредседатель исполнительного комитета Экспертного совета по малым территориям;
11. Андрей Максимов – председатель комиссии ОП РФ по местному самоуправлению и территориальному развитию;
12. Валерий Маркин – руководитель центра региональной социологии и конфликтологии ФНИИСЦ РАН;
13. Гульнара Миннигалеева – доцент Кафедры общего и стратегического менеджмента НИУ ВШЭ;
14. Мария Морозова – генеральный директор Благотворительного фонда Елены и Геннадия Тимченко;
15. Фатима Мухомеджан – заместитель директора фонда «Искусство, наука и спорт»;
16. Александр Никулин – директор Центра аграрных исследований РАНХиГС;
17. Дмитрий Ойнас – президент делового клуба «Наследие и экономика»;
18. Любовь Петрунина – социолог Государственной Третьяковской галереи;
19. Павел Сюткин – заведующий кафедрой общей социологии НИУ ВШЭ, президент Сообщества профессиональных социологов;
20. Игорь Прудников – генеральный директор Агентства продвижения инноваций, сооснователь портала развитиесела.рф;
21. Николай Прянишников – архитектор, преподаватель МВШСЭН;
22. Алексей Фирсов – генеральный директор Центра социального проектирования «Платформа».