Управляемое сжатие малых территорий

Городское сжатие – замалчиваемая проблема планирования. Одна из главных ее особенностей – разрыв между демографической политикой и пространственным эффектом депопуляции.

Предлагаем вашему вниманию лекцию научного сотрудника Института географии РАН Марии Гунько, посвященную актуальной для российской глубинки проблеме городского сжатия.

Городское сжатие – это термин, который используется в урбанистике для описания долговременной устойчивой депопуляции при сохранении планировочной структуры города. Он фигурирует в международной научной и политической повестке главным образом из-за негативных последствий, выражающихся в деградации городской среды (характерные примеры – заброшенные здания, сооружения и земельные участки, недоиспользованная инфраструктура и общая фрагментация пространства). Городское сжатие широко распространено во многих странах мира, а такие города как Лейпциг и Детройт стали его олицетворением, хотя главный регион городского сжатия сейчас — Восточная Европа. Для сглаживания негативных последствий этого явления учёные разрабатывают различные тактические и стратегические ответы, направленные на адаптацию городов. Но при этом существует значительный разрыв между демографической политикой (мерами, направленными на повышение рождаемости и снижение смертности) и управлением пространственным эффектом депопуляции.

Никита Покровский в деревне Медведево. Фото Владимира Ильина.

Проблему городского сжатия комментирует член Экспертного совета по малым территориям Никита Покровский, президент Сообщества профессиональных социологов, руководитель Угорского проекта:

Молодой ученый, кандидат географических наук Мария Гунько (кстати, неоднократный участник экспедиций Угорского проекта) в своем выступлении демонстрирует трезвый и обоснованный взгляд на современное состояние и перспективы малых городов в контексте стратегии «сжатия городов».

На мой взгляд, любые планы восстановления «малых территорий» должны включать, в первую очередь, статистический, демографический, экономический и социологический анализ, а также анализ муниципального управления. В противном случае вообще не о чем говорить.

Надо отчетливо представлять, хотя бы в экспертном кругу, что развиваться могут, или иметь шанс какой-то выжить только определенное число ныне существующих поселений.

Думать, что мы можем восстановить всю поселенческую инфраструктуру – абсолютнейшая маниловщина. Кто может выжить и на чем нужно концентрировать усилия – очень серьезный исследовательский вопрос.

Нужна комплексная экспертиза высокого уровня с участием представителей социальных наук: демографов, экономистов, социологов. Они должны работать в альянсе с местными специалистами – толковые люди есть везде. Это могут быть представители власти, бизнеса, местные активисты, представители культуры.

Итог работы – карта территории (района или даже целого региона), где будет ясно показано, за счет чего она имеет шанс выжить и развиваться в современных условиях.

Эта социокультурная, социально-экономическая, социогеографическая и демографическая карта, покажет факторы развития. Они могут оказаться разными, особенно для территорий, где уже нет традиционно развивавшейся экономики. Например, рекреация, ландшафтная привлекательность. Приближенность к автомагистралям или железнодорожным путям, либо хороший аэродром. Может быть, неиспорченная экология – таких мест немало. История – люди потянутся в места, где они будут чувствовать единство с исторической памятью.

Соединив эти факторы вместе можно получить индикаторы перспективности: где-то один где-то – два, три, или четыре. А где вообще ничего нет, там, извините, ничего и не будет.

 

Tags: ,